Пай.УКР - Информационный портал Пай.УКР - Информационный портал

Следующая пандемия может быть при нашей жизни – мнение Лауры Спинни, автора книги об «испанке»

Следующая пандемия может быть при нашей жизни – мнение Лауры Спинни, автора книги об «испанке»

«При следующей пандемии устойчивость к противомикробным препаратам не будет распространяться по миру, как COVID-19, но последствия могут быть разрушительными. К счастью, мы уже знаем, что нам нужно сделать, чтобы победить пандемию», – пишет Лаура Спинни в статье «Следующая пандемия? Это может быть уже при нашей жизни», опубликованной в британском издании «The Guardian»  15 февраля.

Лаура Спинни (Laura Spinney) – писательница, научная журналистка. Живет в Париже. Ее последняя книга – «Бледный всадник: испанский грипп 1918 года и как он изменил мир» (Pale Rider: The Spanish Flu of 1918 and How It Changed the World, 2017).

В статье ««Испанка» и COVID‑19: сходства и различия» Виктории Дорониной, ассистента кафедры науки факультета образования Метропольного университета Манчестера (Великобритания), опубликованной 30.06.2020 г. на сайте газеты ТРВ-наука, книге Лауры Спинни отведено особое место.

ВОЗВРАЩЕНИЕ «ИСПАНКИ»

Эпидемия гриппа 1918–1919 годов, вошедшая в историю как «испанка», – опыт, самый близкий к тому, что сейчас переживает человечество в связи с коронавирусом, – пишет Виктория Доронина. — «Испанка» стала первой эпидемией глобального мира – пандемией, и ее распространению способствовала Первая мировая война.

История «испанки» поблекла на её фоне, ведь люди склонны скорее помнить войны как осознанный акт человечества, чем эпидемии как стихийную напасть. Кроме того, военные действия, военная цензура и вызванные последствиями войны во́лны революций не способствовали сохранению исторических документов, связанных с «испанкой», и анализу прошедшей пандемии.

Книга «Бледный всадник: испанский грипп 1918 года и как он изменил мир» британской научной журналистки Лауры Спинни делает первый шаг к возвращению «испанки» в ряд величайших трагедий XX века. На основе научных статей об истории пандемии писательница пытается создать глобальную картину пандемии. Книга рассказывает о том, что происходило на всех заселенных континентах, включая Латинскую Америку и Китай.

Не обойдена вниманием и Российская империя: автор описывает ситуацию в Одессе, которая названа «третьим после столиц городом в империи», в том числе «черную свадьбу» и судьбу Веры Холодной, кинозвезды, угасшей в этом городе от «испанки» всего за несколько дней февраля 1919 года.

На основе информации, изложенной в «Бледном всаднике», можно провести параллели с нынешней пандемией «ковида». Сходство между «испанкой» и COVID-19 начинается со сходства возбудителей. И грипп, и коронавирус – РНК-вирусы, «перепрыгнувшие» на человека от животных. И грипп, и коронавирус распространяются среди людей воздушно-капельным путем. Даже начальная оценочная летальность «испанки» 2–5% укладывается в 3-процентную летальность коронавируса.

Как известно, пандемия «испанки» прокатилась тремя волнами:

1) «легкая» волна весны 1918 года; после нее вирус мутировал и смог передаваться с большей легкостью;

2) «тяжелая» волна осени 1918 года;

3) «легкая» волна весны 1919 года.

На фоне информации о том, что нынешняя пандемия коронавируса вызывает временную потерю обоняния у ряда заболевших, интересно, что «испанка» сопровождалась воспалением оптического нерва и как следствие ухудшением восприятия цветов. Впрочем, «испанка» – грипп типа А – не вызывала пневмонию сама по себе, в отличие от COVID-19. Тогда люди умирали от вторичной пневмонии, вызванной бактериями, хотя врачи пытались лечить больных противомалярийным средством первого поколения – хинином.

«Испанка» была первым примером нового подтипа вируса гриппа – этим объясняется столь высокая смертность во время пандемии 1918–1919 годов. Хотя сам вирус H1N1 не циркулировал несколько десятилетий, вирусы подобного типа до сих пор вызывают сезонные эпидемии гриппа.

Демография смертности от «испанки» была не такой, как при COVID-19: от нее погибали преимущественно люди в расцвете сил (старики и дети – в гораздо меньшей степени). Лаура Спинни объясняет это, используя ныне модные термины «цитокиновый шторм» и «антигенный импринтинг», – т. е. склонностью иммунной системы в первую очередь использовать уже существующую иммунологическую память (антитела, созданные против некоторого инфекционного агента) при столкновении с новым его вариантом.

Реакция мира на «испанку» очень походила на то, как люди встретили COVID-19. Сто лет назад они тоже противились карантину, сопровождавшемуся закрытием массовых мероприятий. В Штатах нынешнюю пандемию поначалу называли «китайским обманом», хотя во время «испанки» именно США стали инициатором карантинных мер (однако их ввели не во всех городах)…» https://trv-science.ru/2020/06/ispanka-i-covid‑19-...

СЛЕДУЮЩАЯ ПАНДЕМИЯ? ЭТО МОЖЕТ БЫТЬ УЖЕ ПРИ НАШЕЙ ЖИЗНИ

Разве не было бы замечательно, если бы у нынешней пандемии была светлая сторона? Если судить по истории, то на самом деле пандемий может оказаться несколько, и хотя мы еще не можем их видеть, но вот одна из них только-только начинает проявляться. По словам профессора Кевина Ауттерсона: «Сегодня люди понимают, какие социальные потрясения вызваны неизлечимой инфекцией».

Ауттерсон преподает медицинское право в Бостонском университете, но его можно считать активистом, борющимся с причинамиустойчивости к противомикробным препаратам (УПП), нарастающей волны микробной эволюции, которая угрожает смести с лица Земли центральный столп современной медицины – антибиотики и, как правило, противоинфекционные. Эта волна нарастала десятилетиями, хотя долгое время только медики и те, кто непосредственно испытал ужасающие последствия УПП, осознавали, какую угрозу она представляет. COVID-19 может это изменить.

Кевин Ауттерсон

Но давайте не будем забегать вперед. Человеческая природа осознает ценность чего-либо лишь тогда, когда вот-вот может его потерять, и это может произойти и здесь. COVID-19 почти наверняка усугубил УПП, и, похоже, сделал это по-разному. Мы знаем, что резистентные жуки могут переносить гены, обеспечивающие эту устойчивость вертикально, от одного поколения к другому, но этот перенос может происходить и горизонтально – между неродственными насекомыми и даже между неродственными видами.

По этой причине в больницах действуют строгие протоколы, требующие от персонала, например, менять средства индивидуальной защиты (СИЗ) между приемами пациентов, но из-за давления, которое многие медицинские работники испытывали в этом году – оно усугублялось нехваткой СИЗ на ранних стадиях пандемии – они не всегда могли соблюдать эти протоколы.

COVID-19 вызывается вирусом, а это означает, что антибиотики неэффективны против него, но тяжелые случаи часто осложняются бактериальными инфекциями, вызывающими пневмонию, поэтому такие случаи требуют лечения антибиотиками. Исследования показали, что в некоторых странах, однако, антибиотики назначают примерно 70% пациентов с COVID-19, хотя их использование оправдано только примерно у одного из 10 из них. Ненадлежащее назначение антибиотиков также увеличилось в первичной медико-санитарной помощи из-за перехода от личных консультаций к онлайн-консультациям. Поскольку врачи общей практики не могут обследовать своих пациентов через экран, и в результате зачастую менее уверены в своем диагнозе, они с большей вероятностью прописывают антибиотики в качестве меры предосторожности.

Таким образом, в этом году приливная волна поднялась немного быстрее, и это вызывает беспокойство, потому что противоинфекционные препараты являются таким же важным компонентом нашей критически важной инфраструктуры здравоохранения, как обеспечение чистой водой и хорошей санитарией. Без них мы вернемся к медицине XVIII века и к отпиливанию гангренозных ног, чтобы предотвратить распространение инфекции. В мире уже есть очаги неизлечимой инфекции. Неонатальный сепсис или инфекция крови в Южной Азии становится все более неизлечимым – это означает, что даже так называемые «антибиотики последнего средства» не работают против него – и это угрожает свести на нет с трудом достигнутые успехи в борьбе с детской смертностью в пострадавших странах.

Фактически, УПП потенциально может вызвать следующую пандемию. Профессор Салли Дэвис, специальный посланник Великобритании в ВОЗ по УПП, улавливает разницу между этой гипотетической пандемией и той, которая бьет нас сейчас, в яркой метафоре: «Ковид – это омар, упавший в кипящую воду, производящий много шума по мере ее истечения, тогда как УПП – это омар, помещенный в холодную воду, он медленно нагревается, не издавая никакого шума». Те, кто изучает УПП, предупреждают, что вода довольно горячая.

Фото: Дам Салли Дэвис. В 2019 году, после 9 лет работы в должности главного врача Англии и главного медицинского советника правительства Великобритании, профессор Дам Салли Дэвис была назначена королевой Елизаветой II магистром Тринити-колледжа в Кембридже.

Как будет выглядеть пандемия УПП? Что ж, она будет состоять не из одной инфекции, а из многих – и они будут хроническими и неизлечимыми. Возможно, человек обнаружит, что инфекция, начавшаяся с его кожи, перешла в его кости, из которых гной будет сочиться всю оставшуюся жизнь – если инфекция не попадет в ее кровь и не убьет его первой. Нечто подобное может произойти с другими людьми в его непосредственном окружении – будь то отделение интенсивной терапии, лагерь для перемещенных лиц или тюрьма, где распространен лекарственно-устойчивый туберкулез.

Объединятся очаги сопротивления. Волна будет распространяться по всему миру – медленнее, чем COVID, потому что бактерии, как правило, имеют больший геном, чем вирусы, и развиваются медленнее. Но можно представить себе волну, ускоряющуюся по мере своего движения, по мнению Салли Дэвис, благодаря этой способности бактерий к горизонтальному переносу генов. «Вы получите хронические инфекции, высокий уровень смертности и потеряете современную медицину», – говорит она.

Это апокалиптическое видение, и оно может быть ближе, чем мы думаем. У этой пандемии не будет очевидной отправной точки. Это может произойти через десять или двадцать лет, и есть опасения, что мы очутимся в этой ситуации буквально через несколько лет. Что-то внезапно может случиться, и этот процесс ускорится: бактерии, как правило, извлекают выгоду из кризисов – войн, экстремальных погодных явлений, вирусных пандемий, – чтобы закрепиться.

Ограничение в нецелевом использовании антибиотиков для людей и сельскохозяйственных животных является ключом к тому, чтобы опередить УПП, но нам также нужны новые противоинфекционные препараты, которые появятся в будущем – новые последние и спасительные средства.

На сегодняшний день работа по созданию таких препаратов задерживается из-за отсутствия экономических стимулов – точно так, как в начале пандемии у нас не было вакцин против коронавируса. Поскольку антибиотики, как правило, необходимы в относительно небольших количествах за один раз, экономии за счет эффекта масштаба тоже нет.

Это плохие новости, а теперь о хорошем. Усилия, предпринимаемые учеными по разработке новых противоинфекционных средств, шагают в ногу со временем.

Профессор Кевин Ауттерсон является основателем и исполнительным директором программы CARB-X – создания биофармацевтического ускорителя борьбы с устойчивыми к антибиотикам бактериями. Программа финансируется британским и немецким правительствами, Wellcome Trust, Фондом Билла и Мелинды Гейтс и несколькими подразделениями правительства США. CARB-X продвигает ранние стадии научно-исследовательских работ – техническую, доклиническую и 1-ю фазу клинических исследований.

Между тем, в июле 2020 года Международная федерация фармацевтических производителей и ассоциаций запустила инициативу AMR Action Fund (Фонд действия УПП) с бюджетом в 1 миллиард долларов для финансирования гораздо более дорогостоящих клинических испытаний 2-й и 3-й фаз, в результате которых препараты – те немногие, которые так далеко продвинулись, – достигают порога получения разрешения от регулирующих органов. А Великобритания экспериментирует с новой моделью оплаты по подписке, которая предусматривает предоплату фармацевтическим компаниям за доступ к новым антибиотикам, тем самым отделяя прибыль от объема продаж препаратов.

По мнению американского врача и активиста УПП Джона Рекса, нам нужны новые противоинфекционные препараты, от двух до четырех в десятилетие, и теперь это выглядит достижимым.Он взволнован тем, что ему больше не придется объяснять эту проблему министрам финансов – по крайней мере, не каждому из них, – и что теперь существует доказательство в виде набора вакцин против COVID-19, так что мир может быстро отреагировать, когда он поймет масштабы новой угрозы.

Но это гонка, которая никогда не закончится, и чтобы оставаться впереди, мы должны улучшить нашу игру.

+2
216
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Копирование материалов разрешается только при указании работающей ссылки на данную статью или сайт пай.укр - Уважайте чужой труд и авторство!